Художник Михаил Бычков

творческая биография / книжные иллюстрации / контакты

ТРИ ТОЛСТЯКА ЭМИЛЬ ИЗ ЛЕННЕБЕРГИ НЕВСКИЙ ПРОСПЕКТ У ЛУКОМОРЬЯ КРОКОДИЛ ТРИ ТОЛСТЯКА (НОВЫЙ ВАРИАНТ) ПИППИ ДЛИННЫЙЧУЛОК ДЖЕК-БОБОВЫЙ РОСТОК СОКРОВИЩА ГОРЫ ИЛЬ-УРУН ВОЛШЕБНЫЕ СКАЗКИ ПОЮЩИЕ БУЛОЧКИ ПИТЕР ПЕН МЕСЬЕ, МЕСЬЕ, КОТОРЫЙ ЧАС? СОЛДАТСКИЙ РАНЕЦ ЖИЗНЬ АНТУАНА ДЕ СЕНТ-ЭКЗЮПЕРИ ТАНЕЦ МАЛЕНЬКОГО ДИНОЗАВРА ПОДАРОК ТРОЛЛЯ АЛЫЕ ПАРУСА ЧЕРНАЯ КУРИЦА СЕРЕБРЯНОЕ КОПЫТЦЕ МОРЕ ДЕТСТВО БЫЛИ


П.П. Бажов
«Серебряное копытце»
Санкт-Петербург
«Акварель»
2013 г.
56 стр.;
245х320мм

1 / 2 / 3 / страницы
1 / 2 / 3 / страницы
Послесловие художника

Первую иллюстрацию к «Серебряному копытцу» я нарисовал очень давно, ещё в детстве. Из этого рисунка через много лет «выросла» целая книжка.
У нас дома на шкафу лежал плоский мешок из крафта — такой толстой хозяйственной бумаги. В него мама складывала мои детские рисунки. В нём-то спустя много лет я и нашёл свой рисунок к «Серебряному копытцу». Он удивил меня взрослого сюжетом, который я выбрал в детстве: на моём рисунке Копытце беседовал с Мурёнкой, высекая для неё камешки. Бажов называет Серебряное копытце козликом. Я видел иллюстрации, где незадачливый художник нарисовал его бородатым козлом. На самом деле козлики у Бажова — косули, которые в избытке водились раньше на Урале.
В нескольких страницах сказа Бажов отразил целый пласт жизни на Урале, на уральских заводах — посёлках, мало отличавшихся от деревень по укладу жизни, быта и одежде поселенцев. Жили на заводах рабочие с приисков, каменоломен, промышленных и дереводобывающих предприятий. Таков дед Кокованя. Летом он промывал пески, добывал золото. Это очень тяжёлый труд. Значит, Кокованя был силён и вынослив. Зимой он промышлял охотой. Охотником тоже мог быть далеко не каждый. Порох, пули и прочие необходимые охотнику вещи стоили дорого. Выживал тот, кто попадал с первого выстрела. Охотник, поражавший цель только с третьего раза, вынужден был бросать это дело: ему было не под силу прокормить семью.
Лесной зверь очень чуткий; чтобы выследить его и вернуться домой с добычей, охотник порой часами должен был стоять, не шелохнувшись. Получается, дед Кокованя был хороший охотник, очень крепкий физически, уверенный в себе человек.
Дорогие ружья были деревенским и заводским охотникам не по карману. Стволы для их ружей ковали деревенские кузнецы. Они же изготавливали замки и делали винтовую нарезку.
У деда Коковани, скорее всего, было старинное ружьё с аркебузным прикладом. Его не упирали в плечо, при выстреле он скользил вдоль щеки охотника почти без отдачи. Приклады резали и шлифовали с любовью и знанием дела. Хорошие мастера были в России!


Продолжение >>
В охотничьем балагане деда Коковани был очаг, точнее — печурка. А как выводился дым? Кирпичи для трубы далеко в лес не потащишь! Охотник распиливал кусок неокорённого ствола вдоль на две части, в обеих выдалбливал желоба, промазывал их глиной и связывал распиленный ствол. Получалась труба. Глина внутри неё запекалась в керамику, не загоралась сама и не позволяла воспламениться дереву. Девчушка Дарёнка вела дом, как взрослая хозяйка: топила русскую печь, готовила еду, огромным ухватом ставила в печь тяжёлые горшки (детских ухватов не было!), носила воду. А ведь она была «по шестому году»! Дед Кокованя мечтал только увидеть Серебряное копытце, а Дарёнка приготовила верёвочку, чтобы его поймать. Какой интересный характер!
Как было принято, в избе дед Кокованя и Дарёнка ходили босиком, на улицу зимой выходили в валенках, а летом дед Кокованя — в сапогах, а Дарёнка — босиком или в лаптях. Лапоть, нелепо превращённый в символ провинциальности и невежества, —чудесное изобретение умного и практичного народа. Лёгкие, удобные, «экологичные» лапти плелись так плотно, что в них ходили по болоту, не замочив ног. А бересты для их плетения был полон лес. Я думаю, прихотливая мода ещё обратит на эту чудесную обувь своё благосклонное внимание, как и на валенки. В них я хожу зимой на даче. Ничего теплее и удобнее не придумано для русской зимы и глубокого снега.
А в какой праздничный день в начале лета пришёл Кокованя за Дарёнкой? Попробуйте догадаться!
Многое из открытого мной вы найдёте в иллюстрациях. Они не просто о девочке Дарёнке, деде Коковане, кошке Мурёнке и Серебряном копытце. Они — о русской жизни: почти забытой нами белой пушистой русской зиме, солнечной, как счастливое детство, осени, о людях, которым красота нужнее камешков драгоценных, о доброте и любви, растворённых в простой и волшебной истории.
Какое счастье, что в Петербурге есть Российский этнографический музей! Я очень благодарен его сотрудникам Изабелле Иосифовне Шангиной за консультации по русским народным костюмам и крестьянскому быту и Денису Александровичу Шереметьеву за увлекательнейшие рассказы о старинных ружьях и охоте.

М. Бычков 17 сентября 2012
© Михаил Бычков творческая биография / книжные иллюстрации / контакты